Меморандум о политическом преследовании семьи Виктора и Лейлы Храпуновых

Г-жа Лейла Храпунова прибыла в Швейцарию вместе со своим супругом, г-ном Виктором Храпуновым, и их сыном Даниэлем, в ноябре 2007-го года. C этого момента, она проживает в Женеве.

С 3-го марта 2008, она имеет вид на жительство в Швейцарии.

Г-жа Храпунова и её супруг развелись 26 октября 2010 года.

В Казахстане, г-жа Храпунова получила университетский диплом в университете Tараза, а также защитила кандидатскую диссертацию по экономическим наукам.

Она создала первую частную телекомпанию ТАН в 1990 году.

Она занимала высокие государственные и политические посты, в том числе пост Президента национальной корпорации по радио и телевидению.

После переезда в Швейцарию, президент Назарбаев посчитал, что г-жа Храпуновa и её супруг стали оппозиционерами режиму.

Свадьба, 16-го сентября 2007 года, между Илиясом Храпуновым и дочерью Мухтара Аблязова, без сомнения усилила убеждения президента.

23-го сентября 2012-го года, г-жа Лейла Храпуновa создала и запустила свой официальный Интернет-сайт, по следующему адресу: www.leila-khrapunova.com.

28-го сентября 2012-го года, то есть через 4 дня после запуска сайта, Финансовая полиция Казахстана объявила в розыск Лейлу Храпунову, обвиняя её в «мошенничестве в особо крупных размерах».

1-го октября 2012-го года, адвокат Лейлы Храпуновой Сергей Лакутин направил письмо в Управление финансовой полиции Казахстана, в котором уведомил полицию об официальном месте жительстве и адресе Лейлы Храпуновой в Женеве. Он также потребовал аннулирование объявления в розыск. Ответа получено не было.

Согласно казахской прессе, в мае 2011-го года, уголовное дело было открыто Финансовой полицией против Виктора Храпунова за так называемые преступления в связи с превышением должностных полномочий. Также были уголовные постановления в отношении Лейлы Храпуновой и других членов семьи, в том числе Илияса Храпунова и Эльвиры Храпуновой.

Важно подчеркнуть, что Лейла Храпуновa не была на тот момент официально проинформирована казахскими властями о факте возбуждения уголовных дел против нее. Она не получила ни одной повестки, ни одного извещения или другого официального сообщения от властей.

Так называемые правонарушения, вменяемые в вину Виктору Храпунову, и Лейле Храпуновой, касались действий, совершенных в рамках работы Виктора Храпуновa в качестве мэра Алматы в период с 1997 по 2004 год.

Как минимум удивительно, что подобные уголовные процедуры были открыты через семь лет после завершения мандата мэра Виктора Храпунова.

Параллельно, в октябре 2012-го года, заявка на международный розыск через Интерпол в отношении Лейлы Храпуновой была передана казахскими властями.

Просьба о международном правовом сотрудничестве была передана Казахстаном Федеральному Офису юстиции Швейцарии в 2011-м году. Данный запрос был отвергнут Швейцарией, так как он не соответствовал требуемым швейцарским юридическим нормам.

20-го февраля 2012-го года, казахские власти отправили повторный запрос о международном правовом сотрудничестве в компетентные органы Швейцарии, в отношении членов семьи Храпуновых.

14-го сентября 2012-го года, дополнение к запросу было отправлено в женевскую прокуратуру через адвокатское бюро в Цюрихе Homburger. Данное дополнение содержит таблицу с детальным списком компаний, якобы контролируемых семьей Храпуновых, а также список людей, аффилированных с данными компаниями.

После данных запросов, уголовная процедура была открыта в Женеве. Речь идет о стандартной процедуре в случае получения запроса о взаимопомощи, и не означает признание обвинений другой страны, в данном случае, Казахстана. Необходимо подчеркнуть, что ни Лейле Храпуновой, ни другим членам семьи, не были предъявлены обвинения в рамках данной процедуры.

На данный момент, ни один актив семьи не арестован. Это демонстрирует отсутствие оснований в обвинениях Казахстана.

Кроме того, Казахстан и его адвокаты не стесняются использовать казахскую и швейцарскую прессу для легитимизации их обвинений, в том числе публикуя детали досье процедуры взаимопомощи.

По существу, обвинения не имеют под собой основания, многие факты попадают под срок давности.

Другие обвинения основываются лишь на свидетельских показаниях лиц, находящихся в Казахстане.

Очевидно, что речь идет о преследовании по политическим мотивам.